Соответственно несколько звонков, как у обычного европейского подъезда. Или даже у порога коммунальной квартиры. Вся эта ситуация где угодно выглядела бы удивительной, но не в Любляне, столице двухмиллионной страны, городе с населением в двести шестьдесят тысяч. Никакого скребущего небо "Любляна-City", помпезных проспектов и ощетинившихся заборами посольских дворцов тут нет, оттого что они и не нужны. Однако это все-таки не Лихтенштейн или Андорра, нет, здесь у всего какая-то очень правильная человеческая мера.

Исторический музей в Любляне, допустим, своими размерами заставил бы венца или берлинца снисходительно усмехнуться, но зато музей, по французской поговорке, "пьет из своего стакана": занимательная коллекция, редкий по качеству дизайн экспозиции и дизайн интерьеров.
Реконструкцией этого музея в конце девяностых - начале нулевых занимался как раз Ofis, и это была одна из первых громких работ бюро. Архитекторы раскрыли выходящие во двор здания прекрасные аркады ренессансного дворца, замурованные сто лет назад; смело изгибающийся через все здание пандус появился не сам собой, а как бы вырос из показываемого в нижнем уровне куска подлинной древнеримской дороги - очень образно. И все же от критики и общественности им тогда досталось на орехи.
Я спрашиваю у Рока Омана, что же именно не понравилось ругателям - само присутствие стекла и бетона, довольно, впрочем, интеллигентное? Новое устройство пространства, придуманное с уважением.

Крышей часовни служит горка. Вместо того чтобы поставить на ней традиционный для христианских храмов крест, архитекторы прорезали этот символ веры в потолке. Если смотреть изнутри церкви, то от креста в прямом смысле слова исходит свет. А ночью, когда в храме зажигают электричество, распятие освещает окрестности и к национальной истории, и к музейным традициям?

Рок досадливо машет рукой, произносит пару общих фраз в том смысле, что на всех не угодишь, - и неожиданно ударяется в тира ду о том, что и у них, молодых архитектурным звезд, не всё розы и лилии. То есть всё в целой конечно, хорошо, вы не подумайте, но, знаете у нас вообще отношение общественного мнения к архитектуре странное, архитектурная критика маловлиятельна, профессиональное! сообщество устроено кое-как, чиновники всех уровней - бюрократы, а заказчики -о, эти заказчики!.. И дальше до боли знакомые по разговорам в московских проектных бюро сюжеты. Девелоперы выжимают квадратные метры, заказчики частных домов - самодуры. Вот спроектировал Oris изысканную загородную виллу, для которой было скрупулезно придумано все, вплоть до дверных ручек, какого-то флаера, подобранного на лондонском тротуаре.
Они напрягаются, когда с ними начинаешь говорить про кредо, про идеологию творчества, про взаимоотношении с традицией модернизма. "Мы не очень любим философствовать", - отрезают они., у них каждая практическая задача сама по себе главная ценность и уникальный вызов, с которым нужно просто справиться здесь и сейчас точно, красиво, оригинально, уместно, с человеческой мерой. И все сложится.
В тетрисе, когда все идеально складывалось, у игрока вдруг возникало почти эстетическое удовлетворение. Так и у "Офиса". Складываются везение, азарт, вкус к рациональности и перфекционизм. И всем хватает что призовых очков, что удовольствия.